Частная жизнь цветов, плодов и автомобилей

Не всем нравится заимствованное из французского языка слово «натюрморт». Уж очень жутко звучит дословный перевод: «мертвая натура». Значительно приятней для обозначения жанра пользовать иначе присутствует в натюрмортах последние 300 лет. Добавить изысканнейший колорит и классически уравновешенную композицию -и вот оно, современное произведение, продолжаюся английским эквивалентом still life — «замершая жизнь». Впрочем, для офортов и акварелей магистра графики Оксаны Бербеки-Стратийчук даже такое определение не достаточно выразительно, поскольку жизнь в них так и кипит.

Художница называет свои работы натюрмортами. И под академическое определение жанра они на первый взгляд вполне подпадают. Знакомый «джентльменский набор» в наличии: цветы, фрукты, вазы, архитектурные детали, драпировки — все то, что так или иначе присутствует в натюрмортах последние 300 лет.. Однако при ближайшем рассмотрении все оказывается не так просто.

Любовь Оксаны к живописи старых мастеров очевидна. Но при этом художница не упускает возможности поиронизировать и над историей искусств, и над своими в ней познаниями, и над классикой жанра. Чего только стоит натюрморт с обитателями морских глубин — прямой потомок смачных холстов голландских художников XVII в. Корзина с рыбой, морепродукты, разбросанные вокруг нее с кажущейся небрежностью, и вдруг среди гастрономического великолепия — русалки. В отличие от рыбы — живые и довольно сексуальные. А вот еще холодные голубоватые полурыбьи тела среди сочных фруктов и виноградных лоз, окружающих огромную вазу-чашу. Все чрезвычайно изящно, да только одна из русалок держит хвостиком банальную столовую вилку, а ее прелестную головку венчает шлем Афины-Минервы, античной богини мудрости.

Любит магистр графики поразвлечь себя и публику обыгрыванием такого приятного элемента классических натюрмортов, как птички и зверушки. Правда, любимый художниками XVIII в. большой яркий попугай ара в ее произведении лежит возле цветочного горшка дохленький, жалобно задрав лапки. А мирный «персонаж» голландских натюрмортов с овощами, кролик, в акварели художницы приобрел зеленый окрас. Его красные глазки так хищно уставились в пространство, что начинаешь сомневаться в травоядности этой странной особи. Натюрморт «Ваза-автомобиль» Оксана иногда называет «автопортретом». Хотя из видимой «привязки» к личности автора — лишь ее инициалы на номерном знаке. Зато какой простор для зрительской фантазии! От ассоциаций со словами из старой песенки Фредди Меркьюри: I’m a racing car passing by («Я — несущаяся мимо гоночная машина») до размышлений о тяжкой доле женщины в современном мире. Ей, бедной, не обойтись без моторчика внутри, чтобы тащить на себе тяготы и заботы, да при этом еще и шикарно выглядеть. Впрочем, в следующей работе старинный автомобиль уже сам выступает в роли «фрукта» и гордо возлежит в вазе среди цветов и драпировок. «Замершая жизнь» в работах Оксаны Бербеки-Стратийчук идет своим чередом, графические листы похожи на результаты фотоохоты за некими живыми существами. К ним относятся не только русалки, сирены, примостившиеся среди фруктов обнаженные женщины, но и змеящиеся побеги, лопающиеся от сока плоды, извивающиеся листья. Вся эта пестрая компания вполне гармонично живет-поживает в своем сказочном мирке, а художница, словно Алиса в Стране Чудес, изредка приоткрывает только ей известную дверцу в волшебный садик и фиксирует для нас на бумаге то, что успела подсмотреть.

Фасоль и розы
Офорт, 55×65, 2004

Натюрморт с тюльпанами
Офорт, 55×65, 2004

Осенний букет
Офорт, 65×55, 2004

Гладиолусы
Офорт, 90×80, 2003

Два ангела
Офорт, 65×55, 2003

Натюрморт с фруктами
Офорт, 65×55, 2003

Натюрморт с русалкой
Литография, 44×65, 1998

Ваза
Офорт, акварель, 75×40, 1997

Оставьте ваше сообщение